Мурлыканье
мурмурмур и два ахоге
Я наконец прорвала январскую цепь мучительно неудачных книжек, которые в большинстве были какие-то настолько не мои, что я впала в отчаяние, потеряла радость жизни и начинаю день с бутылки коньяка. Но Эко — это универсальный способ упиться текстом, почти как Байетт или Тартт.
Роберт де ла Грив, поэт, мушкетёр и неудачливый шпион эпохи барокко, в чьём имени ненавязчиво зашифрована отсылка к Робинзону, терпит кораблекрушение и оказывается — снова — на корабле. Очень странном корабле, где спрятано множество диковинных птиц и растений, где скрыта комната с обилием часовых механизмов, где полно еды и воды и где нет ни единого человека. С корабля виден недостижимый Остров предыдущего дня, куда Роберт очень хочет, но не умеет плавать. Параллельно Роберт начинает писать Роман, куда засовывает и свою жизнь, и несуществующего брата, и прекрасную даму, и Остров, конечно, — постепенно забывая, в какой реальности он живёт на самом деле. Естественно, всё не так просто, и яйцо опять в утке: записи Роберта находит более современный нам рассказчик, который их и пересказывает. С комментариями.
И вот здесь особенно выпукло вылезает одна из любимых тем Эко, которая прорастает сквозь все его тексты, — отношения веры и литературы. Конфликт, который нередко двигал искусство сам по себе, вынуждая и художников, и писателей любой эпохи осмысливать проблему божественного гения. Примечательно, что Эко, который сам в Бога не верит, всегда проводит эту тему очень аккуратно, учитывая эпоху. Например, в "Имени розы" он обращается к средневековью, когда вера была неотъемлемой частью жизни, когда невозможно было не верить в Бога, и Бог был везде; а потому там нельзя вывести неверующего персонажа, но вполне возможно вывести персонажа сомневающегося и, по крайней мере, не согласного с основными доктринами. В "Острове накануне" же литература вполне может существовать и без Бога, что тоже не так легко и за что людей барочной эпохи активно сжигают, но на корабле в открытом океане Роберта сжигать некому (почти), так что у него всё получается. Почти.
С другой стороны, это роман, в который Эко традиционно отгрузил кусочек переполняющей его академической мудрости: примерно каждый абзац содержит как минимум одну отсылку, а сам текст сшит из текстов семнадцатого века. Здесь будут и барочные тексты Марино и Джона Донна, и сухая проза Галилея, и натурфилософия, и теология, и что-нибудь ещё; не случайно оглавление романа похоже на библиотечный каталог: Эко вписывает названия реальных трактатов в названия глав, не забывая растворять в тексте куски самих трактатов.
И это, конечно, очередная обманка: как "Имя розы" ни разу не детектив, так и "Остров накануне" совсем не робинзонада, но, право же, Эко мы читаем не ради зажигательного сюжета, а ради плотной осязаемости текста, ради ноздреватого русского языка Костюкович, ради глоссария цветов и птиц, ради энтузиазма зарождающейся науки и ради буйства списков и описаний.
И это ли не любовь.

@темы: о книгах