Мурлыканье
мурмурмур и два ахоге
Питер Акройд такой немного странный писатель, который и фикшн и нон-фикшн пишет примерно одинаково. Он берёт реальные события, места и сюжеты и засовывает их в некую концепцию. Конечно, в нон-фикшене это проделано аккуратнее: например, в книге "Лондон: биография" он вертит Лондон в разные стороны, демонстрируя, что у города есть характер; в "Подземном Лондоне" он рассказывает историю метро, забытых рек и археологических находок, проводя параллели с Аидом и Стиксом; в "Английских привидениях" он классифицирует реальные рассказы о привидениях, привязывая их к городу как к месту, которое само по себе воспроизводит сюжеты и порождает свои легенды. Пишет Акройд, конечно, не только о Лондоне, но Лондон он знает лучше всего и Лондон интересует его больше всего. Фикшн же он тоже проращивает из реальных историй/личностей/мест, но куда более вольно. В целом у Акройда всегда получается такой очень постмодернизм, только не просто о бесконечно воспроизводящемся тексте, но о бессмертном топосе, который крутит свои сюжеты, сплетая хронос в единый абсолют.
На улицах викторианского Лондона царит жуткий убийца, расчленяющий и обезглавливающий жертв, — Голем из Лаймхауса. Джордж Гиссинг ищет свою жену в трущобах. Карл Маркс заказывает в библиотеке книги. Элизабет Кри приговорена к повешению за убийство мужа. Джон Кри ведёт дневник, где описывает убийства. В мьюзик-холле в течение нескольких лет умирают члены труппы в результате несчастных случаев. Что из этого правда и какие из этих событий связаны между собой? И кто на самом деле убийца: травмированный и неадекватный человек или город, порождающий своих големов? Человек, который убивает почти случайно, или город, чьи улицы и дома сами по себе големы, воспроизводящие ритуальные жертвоприношения?
У Акройда получился такой крепкий триллер с историческим фундаментом, кучей мини-историй, бойкой атмосферой мьюзик-холла, гнетущей атмосферой плотных туманов и сомнительных районов и, конечно, очень английский. Английскость, как водится, вовсе не в том, что убийца где-то рядом, а в вещах довольно обыденных: не в том, что приходит с обратной стороны гроба, а в том, что туда отправляется. Это роман о городе, который продолжит создавать своих големов и Джеков, скольких бы из них ни повесили. Это роман о бесконечной вопроизводимости, о тексте, что есть Город, и городе, что есть Текст.

@темы: о книгах